
Фото: REUTERS.
12 октября будут объявлены победители Нобелевской премии по экономике. Кто главные фавориты? У кого больше шансов на победу? Об этом KP.RU рассказал кандидат экономических наук Максим Колясников, доцент Высшей школы современных социальных наук МГУ, доцент Института экономики и управления УрФУ, ведущий научный сотрудник НОЦ «ММ и ФФ» МГТУ им. Н.Э. Баумана.
- В прошлом году мы ошиблись с прогнозом, как и большинство авторитетных источников, - говорит Максим Колясников. - Однако нобелевский комитет почти никогда не награждает свежие открытия. Он выбирает из давно признанных работ то, что именно сейчас позволяет сказать что-то важное о мировой экономике. Поэтому будем исходить из научной значимости исследований и соотносить это с повесткой, в которой живёт мир.
1. Сьюзан Атей и Хэл Вэриан: цифровая экономика

В 2026 году компания Clarivate (делает прогноз по нобелевским лауреатам на основании цитируемости научных работ - Ред.) отметила Сьюзан Атей и Хэла Вэриан «за новаторский анализ экономики информационных технологий». Вэриан одним из первых описал экономику цифровых товаров. Затем, став главным экономистом Google, выстроил экономику поисковой рекламы. Атей продолжила эту линию через изучение цифровых платформ и одной из первых соединила машинное обучение с экономическим анализом. Примечательно, что Атей в свое время была главным экономистом Майкрософт, - то есть прямым конкурентом Вэриана и Google, против которого затем еще и подала иск, когда перешла на работу в минюст США.
- В прошлом году я расценил кандидатуру Атей, как преждевременную. В этом году я считаю Атей и Вэриана своими фаворитами, - говорит Максим Колясников. - На их стороне попадание в число лауреатов Clarivate, актуальная тема и ни одной премии в этой области.
2. Майкл Вудфорд - как центробанки управляют экономикой

Вудфорд был и в прошлогоднем прогнозе. Он показал, что центробанк управляет экономикой прежде всего через ожидания будущих ставок, — на этой идее стоит инфляционное таргетирование. На фоне давления Белого дома на Федеральную резервную систему (Центральный банк США - Ред) такая премия прозвучит в защиту независимых центробанков. Кроме того, в этой компании может оказаться и Ларс Свенссон, бывший зампред Риксбанка, финансирующего Нобелевскую премию. В 2013 году Свенссон ушёл в знак несогласия с политикой ставок, а вскоре банк сам развернул курс.
Стивен Берри, Джеймс Левинсон и Ариэль Пейкс тоже остаются в числе претендентов. Их модель BLP ( метод для оценки спроса и предложения на рынках, назван по первым буквам фамилий авторов - Ред) показывает, как покупатели переключаются между сотнями похожих товаров, и помогает антимонопольным службам оценивать слияния.
- За Вудфорда играют научные награды и политический подтекст вокруг ФРС, - считает Максим Колясников. - В моем рейтинге фаворитов он с соавторами (компанию ему могут составить Оливье Бланшар и Жорди Гали) на втором месте.
3. Ричард Бланделл - анализ поведения домохозяйств

Из новых кандидатов особенно интересен Ричард Бланделл, при более широкой формулировке рядом может оказаться и Чарльз Мански. Бланделл создал методы анализа поведения домохозяйств: как налоги и пособия меняют предложение труда? Как люди распределяют потребление во времени, как реагируют на изменение доходов? Чем интересен Мански? Он показал, что данные иногда просто не позволяют получить точный ответ, и вместо красивой цифры честнее обозначить диапазон возможных значений. В эпоху, когда все ожидают точных решений «на основе данных», премия за понимание границ этих данных выглядела бы несколько иронично.
4. Эрнст Фер - сколько люди готовы платить, чтобы наказать нарушителя

Еще один новый кандидат — Эрнст Фер, возможно вместе с Колином Камерером и Джорджем Левенстайном. Это премия за экспериментальную и поведенческую экономику. Фер, например, показал, что люди готовы нести собственные издержки, чтобы наказать нарушителя правил. На фоне разговоров о поляризации и разрушении доверия тема звучит современно. Правда, поведенческие науки сами пережили кризис воспроизводимости – и Нобель здесь мог бы отметить не только их успехи, но и взросление дисциплины.
5. Партха Дасгупта: «зеленая» экономика

Дасгупта десятилетиями пытался встроить природу в экономический расчет, как полноценную форму капитала, доказывая, что показатель ВВП не замечает, как истощаются природные ресурсы. В 2026 году эта тема получила новый смысл, так как ИИ оказался далеко не нематериальной технологией. Направление природного капитала куда шире и честнее, чем экономика климата, которой, к слову, занимаются председатель и секретарь Нобелевского комитета.
6. Фактор Ормузского пролива и искусственного интеллекта
Темной лошадкой может оказаться Пол Джоскоу, который десятилетиями изучал, как превратить электроэнергетику в рынок. Ормузский кризис и развитие ИИ – поднявшие оптовые цены на энергоносители и электроэнергию - сделали тему острой.
- Также отмечу Тимоти Бесли, Торстена Перссона и Гвидо Табеллини, которые показали, что военная угроза заставляет государства укреплять налоговую систему, - говорит наш эксперт. - Это актуально для перевооружающейся Европы. Но здесь ангажированность проявляется в буквальном смысле: Перссон почти тридцать лет работал в Нобелевском комитете, в том числе председателем. Его научным руководителем, кстати, был тот самый Свенссон, бывший зампред Риксбанка (см пункт 2).
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
За что дали Нобелевскую премию-2026 по физиологии и медицине: оптогенетика поможет спасать зрение
Почему Менделееву и другим русским гениям не досталось Нобелевской премии
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
Иисус Христос действительно ходил по воде. Теперь это научно доказано